«Любовь издалека — не средневековая легенда, она случается постоянно»
Накануне российской премьеры оперы «Любовь издалека» редакция uralopera.ru задала несколько вопросов автору оперы, композитору Кайе Саариахо. Сегодня мы публикуем ее ответы в виде монолога.
Если говорить об опере в целом, я с детства любила многие произведения. Но, как ни прекрасна музыка той или другой оперы, иногда я скептически относилась к либретто и его стереотипным персонажам — даже если они связаны с эпохой создания оперы. В годы учебы в Финляндии я видела очень мало современных опер, еще меньше спектаклей оказывались интересными. Я чувствовала, что смысл посещения оперы сводится к высоким нотам певцов и совершенно неактуальным историям. Режиссура ничего мне не сообщала, и я думала, что все это — старинные пыльные церемонии для высшего общества.
Когда я училась в Германии и Париже, мои представления об оперном театре изменились. Я поняла, что хорошая постановка может быть глубоким и трогательным произведением, которое обращается к нам напрямую — при этом совершенно не важно, какая музыка звучит, старинная или новейшая. Я впервые всерьез стала думать, есть ли у меня, как композитора, ресурсы для создания оперы.
Большую часть времени я проводила в Париже. Для меня была очень важна музыка французов-современников, особенно Жерара Гризе, с которым я познакомилась в 1980 году. Его произведения вдохновили меня и подарили уверенность в собственном пути — создавать музыку для слуха и работать с элементами слышимого, которое оставляет след в нашем восприятии и позволяет слушателю сознательно воспринимать ток музыки. Первые годы [моего пребывания] в Париже были наполнены изучением звука, акустики и психоакустики, благодаря чему я научилась записывать собственную музыку именно так, как представляла ее себе.
Я люблю «Тристана и Изольду» и «Пеллеаса и Мелизанду», их музыка совершенно точно оставила во мне отпечаток. Однако начав работу над «Любовью издалека», своей первой оперой, я ничего не искала в [произведениях] прошлого. Скорее, задавалась вопросом: какие стороны человеческой жизни затрагивают нас всех и как я могу выразить их с помощью музыки? Темы любви и смерти универсальны: разумеется, оперный театр довел обе темы до банальности, но они не требуют долгих объяснений в либретто и оставляют простор для музыкального выражения.
Либретто «Любви издалека» написал Амин Маалуф. За основу взята
Эту историю не следует понимать исключительно как средневековую легенду. Любовь издалека случается постоянно: когда мы влюбляемся в человека, находящегося совсем рядом, мы любим реальную личность или то, что придумали о ней сами?
У каждого из трех героев оперы свой тип вокального письма, свои гармонические и тембровые решения. Например, выходы Пилигрима всегда связаны со звучанием трех флейт, голос Жофре — с арфами, Клеманс сопровождают струнные и высокие [ноты] металлических ударных, и так далее. Каждому из них сопутствует особая партия ударных, возвещающая о появлении персонажа. Таким образом, в «Любви издалека» ясно слышны три абсолютно разных музыкальных мира, — а кроме того, звучат мотивы, связанные с любовью, судьбой и морем. У хора несколько ролей: он выступает как чисто музыкальный элемент, иногда становится частью оркестра или эхом, которое отражает и комментирует реплики персонажей — или, наоборот, выступает в конкретной роли, например, друзей трубадура.
В целом музыкальный материал оперы воспринимается отвлеченно, даже когда все герои находятся на сцене одновременно. Композитору необходимо проживать жизни героев вместе с ними. Это самое изнурительное в процессе сочинения оперы.
Музыка на каждом уровне композиции нуждается в контрастном материале, чтобы обрести форму и протяженность. Несмотря на это я стараюсь избегать дуализма, столь типичного для мировоззрения Запада. Для своих произведений я ищу персонажей противоречивых и сложных, а не просто хороших или плохих.
перевод Александра Рябина
редактор Богдан Королёк