Владимир Кусакин в этом году отмечает личный и профессиональный юбилей – 24 декабря в его честь будет показан спектакль «Дон Кихот». Большую часть из тридцати лет, проведенных в театре, он был солистом балетной труппы – позже занял позицию инспектора балета. Что значит эта перемена для танцовщика и почему для юбилея выбран именно «Дон Кихот», он рассказал редакции #uralopera.
Нет никакой особенной истории – так получилось, что в моем районе в Перми по воскресеньям работала только балетная студия во Дворце культуры, и мама привела меня туда, для развития. Три года я отзанимался, понравилось. Мой педагог предложил учиться дальше, и после третьего класса школы я поступил в Пермское хореографическое училище. После выпуска с друзьями за компанию поехал в Нижний Новгород, меня приняли в Нижегородский театр оперы и балета, а потом уже перевелся в Екатеринбург, и считаю, что не прогадал.
Танцевать мне всегда больше нравилось характерные роли, я их лучше чувствую. Самая любимая партия – Эспада в «Дон Кихоте»: вот где можно было выдавать эмоции на всю катушку! Танцевал я лет двадцать, а когда художественным руководителем балета стал Слава Самодуров, уже «пешком по сцене ходил», то есть исполнял не танцевальные, а мимические роли. Слава тогда меня отметил – сказал, что я «на настоящего, живого человека похож», и потом долго не снимал с «пеших» ролей.
В 2010 году я стал инспектором балета. Наверное, немногие вне и даже внутри театра знают, чем занимается инспектор. Мне кажется, это нечто среднее между завхозом и завучем, обязанностей очень много. Вершина айсберга – расписание балетной труппы, то есть поминутная организация работы всех танцовщиков: кто, когда, где находится, с какими педагогами занимается, в каком зале или на сцене идут репетиции и так далее. Слежу, чтобы все успели отрепетировать свои партии и спектакль собрался.
«Невидимая» часть моей работы состоит, например, в том, чтобы каждое утро проверять явку танцовщиков и балерин на работу: кто пришел, кто отсутствует и по какой причине. Я веду табели для бухгалтерии, посещаю все репетиции, которые указал в расписании, а также составляю выписки, то есть списки артистов, занятых в балете, с указанием их партий. Перед спектаклем я отношу выписки в мужскую и женскую костюмерные, в обувной гардероб и гримерный цех, и в соответствии с этими бумагами артистов готовят к выступлению. У нас в балетной труппе восемьдесят человек, каждого я знаю не только в лицо и по имени, но и помню размер его одежды, обуви, пуантов, которые тоже заказываю. Контакт с ребятами находить несложно, не замечаю, чтобы от поколения к поколению они менялись: десять лет назад артисты были такие же, как и сейчас.
Почему свою работу я называю «невидимой»? Во время спектакля перед зрителем выступает артист – его талант и техника очевидны, как и работа, например, театральных художников. А как определить ту роль, которую играю я? Она не так осязаема, как была раньше, когда я сам танцевал. Но всему свое время, и я понимаю, что нужен тем артистам, которые блистают на сцене сегодня.
Интервью: Семён Чирков
Редактор: Ольга Морозова
