Заслуженный артист России Юрий Девин отмечает 30-летие службы в Урал Опере: 23 апреля солист выйдет в партии Грязного в спектакле «Царская невеста». Его партнерами по сцене станут: Рустам Касимов (Собакин), Наталья Карлова (Марфа), Владислав Трошин (Малюта), Сергей Осовин (Лыков), Надежда Рыженкова (Любаша), Игорь Леус (Бомелий), Надежда Бабинцева (Домна Сабурова), Ксения Ковалевская (Дуняша), Элла Гаевская (Петровна). Дирижер Павел Клиничев.
В преддверии спектакля Юрий Андреевич рассказал, как из моряка стал врачом, чтобы потом выйти на оперную сцену.
Детство у меня было золотое. Я не был обременен никакими кружками и обязанностями, ходил в школу и гулял. А еще пел, сколько себя помню, мелодии легко запоминал на слух. Сильнейшим впечатлением для меня стал черно-белый музыкальный фильм, который увидел по телевизору – мне тогда было года два, а помню до сих пор. Это «Севильский цирюльник» с великим баритоном Тито Гобби.
Школу окончил в Первоуральске. Манила романтика морских приключений, и вместе с товарищами уехал в Находку, поступил в Дальневосточное мореходное училище. На Дальнем Востоке провел семь лет: сначала служил в ВМФ, потом ходил на транспортных судах. Такая жизнь нравилась, но стал задумываться о семье. Тревожила перспектива надолго уходить в море и оставлять жену на берегу. Снова решил изменить жизнь.
Когда приехал в Свердловск, мне уже исполнилось двадцать пять. По совету мамы – а она всю жизнь проработала медсестрой и мечтала, чтобы сын стал врачом – я поступил на лечебный факультет
После года занятий в училище я поступил в Уральскую консерваторию к профессору, народной артистке России Светлане Владимировне Зализняк. После выпуска пел в Свердловской музкомедии, за полтора сезона ввелся в семь партий. Меня уговаривали остаться, но я мечтал об опере и ушел в наш оперный театр, чтобы заняться, наконец, тем, к чему вела судьба.
Кстати, сейчас я вернулся в ту гавань, в которой начинал: среди товарищей и друзей репетирую новый спектакль в Музыкальной комедии в честь юбилея Надежды Басаргиной.
По природе я лирический баритон. Никогда не замахивался на драматические партии, но в 2002 году, когда у нас ставили «Царскую невесту», главный дирижер Евгений Бражник и режиссер Дмитрий Бертман утвердили меня на роль Грязного. Поверили, что смогу. И так я перешел в крепкий, драматический репертуар.
Грязной мне нравится больше, чем, скажем, Риголетто: психологически роль шута мне всегда давалась сложнее. Для меня это отрицательный персонаж. Он любит свою дочь, но относится к ней как к собственности, зациклен на мести, замышляет убийство и в итоге губит Джильду. Риголетто страшно наказан, но заслуженно. Подобные роли, связанные с тяжелыми переживаниями, внутренне опустошают, и потом нужно несколько дней, чтобы восстановиться.
В этом отношении Грязного петь комфортнее, мне он близок по духу. И сама «Царская невеста» – великое произведение, одно из моих любимых. Такой кайф погрузиться в музыку и петь на одной сцене с талантливыми, красивыми артистками и артистами. Из этих соображений я и выбрал «Царскую» к своему юбилею.
Другая знаковая для меня партия – это Набукко. Но если «Риголетто» – это Верди, стиль которого уже сформировался, то «Набукко» – ранняя опера, в ней чувствуется связь композитора с
За свою карьеру я пел не только классику. Выходил в «Трех сестрах» Петера Этвёша – очень интересном, необычном в музыкальном отношении произведении, с особой, чеховской атмосферой. Сам спектакль, благодаря режиссеру Кристоферу Олдену, получился завораживающий. Свою роль Андрея я стал репетировать позже других солистов, во многом придумал ее сам. Выстроил монолог Андрея, который, по-моему, является кульминацией всего спектакля. Олден меня одобрил. А потом я спросил у него о концепции спектакля: «Это, получается, такой сюр?». А он ответил: «Понимаете, это жизнь такая».
Я преподаю частным порядком уже больше двадцати лет, а в 2021 году занял официальную должность в Свердловском музыкальном училище – меня пригласила заведующая вокальным отделением, наша солистка Надежда Юрьевна Бабинцева, за что я ей очень благодарен. Есть мнение, что певец лучше начинает петь, когда у него появляются ученики, и это действительно так. Анализ того, что и как ты делаешь во время пения, проходит на более глубоком уровне – приходится разбираться для того, чтобы помочь студенту стать лучше. В нашей профессии теории не больше пяти процентов, все остальное – практика. И то, насколько ты можешь передать свой опыт, как сложится судьба ученика, накладывает большую ответственность. В этом и состоит главное отличие преподавания от пения, где ты отвечаешь только за себя.
Других увлечений, кроме вокала, у меня, пожалуй, нет. Работа в театре – мое главное хобби, всегда отдавался этому сложному, трудозатратному и любимому делу без остатка. График моего дня неизменно подчинен будущему выступлению: после завтрака – сон, после обеда снова нужно вздремнуть хотя бы пятнадцать минут. Ведь голос – это не магнитофон, в который вставляешь диск, нажимаешь кнопку, и он звучит как нужно. Это самый тонкий музыкальный инструмент, который требует к себе внимания: на него влияет и настроение, и физическое состояние, и сон. Голос я берегу, и в театре планирую работать столько, сколько Бог и судьба мне отпустят здоровья.
интервью: Семён Чирков
редактор: Ольга Морозова
