Кто поставил западную культуру с ног на голову

После перерыва на сцену Урал Оперы возвращается «Сатьяграха» — опера Филипа Гласса по мотивам биографии Махатмы Ганди — «серия живых картин», как назвал ее автор. Мы публиковали фрагмент автобиографии Гласса, где композитор рассказывал о создании оперы и ее связи с музыкой фламенко. Сегодня представляем фрагмент книги Элвина Люсье «Музыка 109: Заметки об экспериментальной музыке», посвященный музыкальному устройству «Сатьяграхи». На русском языке книга вышла в минувшем году в Издательстве Яромира Хладика, и фрагмент о «Сатьяграхе» публикуется в Сети впервые — за эту возможность uralopera.ru благодарит издателя Игоря Булатовского.

В конце оперы Филиппа Гласса «Сатьяграха» (Satyagraha, 1980) Махатма Ганди поет одну из самых проникновенный арий в истории оперы. Она звучит на санскрите и состоит из тридцати повторений – десять раз по три – одной и той же восходящей гаммы во фригийском ладу. Фригийский лад – один из так называемых средневековых церковных ладов, которые считались воссозданными греческими ладами.

Каждый лад характеризуется определенным порядком тонов и полутонов вокруг центрального тона (тоники). Если начинать гамму от каждой ступени диатонического звукоряда на белых клавишах фортепиано, у вас получатся разные средневековые церковные лады. Если вы будете перебирать эти белые клавиши в пределах этих ладов, начиная и заканчивая на их тонике (начальном и конечном тоне), вы услышите особый характер каждого. Мы утратили способность чувствовать богатую эмоциональную окраску этих ладов, променяв их на более универсальные звучания мажора и минора. В античной Греции один из ладов даже был запрещен, потому что считалось, что он пропагандирует распущенность. Представьте себе! Раньше так говорили о джазе; теперь о рок-н-ролле. Поэтому мы так и любим эти жанры.

Если начать с ноты ми и сыграть по белым клавишам восходящую гамму до ми следующей октавы, то получится фригийский лад. В мелодии, состоящей из случайно взятых нот этой гаммы, легко узнается фригийский лад, который производит характерное для него эмоциональное воздействие. Двигаясь вверх по клавиатуре, вы обнаружите, что порядок чередования тонов и полутонов следующий: полутон, тон, тон, тон, полутон, тон, тон (ми, фа, соль, ля, си, до, ре, ми). В начале – полутон, в конце – тон. Порядок в мажорной гамме такой: тон, тон, полутон, тон, тон, тон, полутон. В начале тон, в конце полутон. Этот полутон называется вводным тоном. Вводный тон обязательно разрешается в тонику, в последний тон гаммы. Отчасти именно поэтому западная музыка так утвердительна. Вводный тон содержится в доминантовых аккордах (от V ступени), разрешение которых в тонику (I степень),  – реализация самого сильного аккордового тяготения западной классической гармонии.

Тем, что Ганди снова и снова воспроизводит восходящую гамму во фригийском ладу, Гласс подчеркивает ненасильственный аспект его политической философии. Полутон в начале (ми-фа) дает толчок к верхнему тону, это своего рода вводный тон ко второй ступени гаммы. Целый тон наверху звукоряда (ре-ми) создает мягкую каденцию. Сочетание полутона в начале и тона в конце придает этой простой линейной структуре ощущение восходящего движения, расширения. Словно один за другим расцветают тридцать цветов. Если перевернуть фригийский лад – ми, ре, до, си, ля, соль, фа, ми, – он превратится в перевернутую мажорную гамму. Как будто Ганди поставил западную культуру с ног на голову.

Перевод Саши Мороз, редакторы Всеволод Митителло и Арман Гущян