Глеб Сагеев отмечает двойной юбилей – свое тридцатилетие и 10 лет в театре – партией Северьяна в балете «Каменный цветок». Спектакль состоится 22 октября. В интервью редакции #uralopera.ru он рассказал, как надо танцевать татарские танцы, чтобы тебя заметили в Урал Балете, чем вреден хэппи-энд и может ли чтение Бажова привести к помутнению ума.
История моего прихода в балет, на первый взгляд, ряд случайностей. За компанию с одноклассником я поступил в народный танцевальный коллектив при Ансамбле песни и танца республики Татарстан. Там танцевал не без успеха, через год занятий ввелся в весь репертуар. Как-то ребята из ансамбля участвовали в смотре в Казанское хореографическое училище. Для одной девочки не хватило партнера, меня попросили помочь, станцевать татарский танец. Хотелось брешь закрыть и себя показать. Пока выступал, меня поддерживала мама, и к ней обратились из приемной комиссии: «Почему вы не поступаете? Давайте попробуем!». Меня быстро протестировали и приняли в училище. На какое отделение, я даже не задумывался – конечно, оказалось народное.
За время учебы я, конечно, познакомился с балетом. Классика – это база для народников, у нас она была железно. Заниматься нравилось, постепенно мое старание оценили педагоги и предложили перейти на классическое отделение. В силу юношеского максимализма отказался: подумал, что этим предам своих друзей-народников. В то время балетные и народники занимались вместе у одного педагога. Однажды на такое занятие пришел худрук Татарского театра оперы и балета Владимир Яковлев, пригласил меня на просмотр в татарский театр. Я согласился, но параллельно поехал в столичные труппы – испытать себя. Меня приняли в театр балета Якобсона, заинтересовались в Кремлевском балете. Но до того предстояло получить диплом.
После всех экзаменов в училище был летний концерт. Я танцевал партию Армена из балета «Гаяне», и на этом выступлении меня заметила управляющая Урал Балетом Надежда Малыгина. Из-за суматохи мы не пообщались, потом я сам связался с Надеждой Анатольевной, предупредил, что по диплому артист ансамбля, и услышал в ответ: «Нам нужны танцующие люди, и если ты с головой, все будет нормально». И вот, с 2013 года я в труппе Урал Балета.
Когда я пришел в театр, худруком был Слава Самодуров. Он как раз начал менять репертуар, привносил свое особенное видение балета, не такое, к которому привыкла екатеринбургская публика. Я чувствовал, что зрители, скажем так, со скрипом воспринимают происходящее, но им интересно. Сейчас уральцы уже насмотренные, хорошо принимают эксперименты постановщиков.
В начале карьеры я интуитивно выбрал путь гротесковой игры, потянулся к партиям характерных персонажей. Думаю, это пошло еще с училища. Тогда все парни мечтали о партии Спартака – нас учили, что это квинтэссенция силы, мужественности, атлетичности. А я в своей дипломной работе разбирал партию противника Спартака, Красса, в исполнении Мариса Лиепы. С тех пор я принял сторону героев-антагонистов. Эти партии дают возможность побыть не таким, как в жизни: сломанным, иногда злым, человеком с незавидной судьбой, пережившим не просто бытовую неудачу, а возвышенную трагедию. Всегда интереснее играть гибель, чем влюбленность с хэппи-эндом. Поэтому с удовольствием танцую Ганса в «Жизели», Ротбарта в «Лебедином озере», Иниго в «Пахите», конечно, Северьяна в «Каменном цветке». Скоро исполню партию Синей бороды в «Сказках Перро».
Готовясь к роли Северьяна, я перечитал Павла Бажова – все, что касается моего героя. Старался проникнуться описаниями его внешности, характера, реакций. Только недавно понял, что в Северьяне будто сходятся все мои партии антагонистов. Здесь и мощные сольные фрагменты, и головокружительный цыганский танец, и сложные психологические состояния – помутнение рассудка, агония... Танцуя, я всегда стараюсь выразить его тяжелые мысли, прожить его судьбу. Самое интересное и сложное – выстроить образ героя с первого появления на сцене, когда есть надежда, но ты живешь предощущением трагической развязки, – и провести его до конца, до гибели.
У нас в театре разнообразный репертуар: есть классика, современный танец, любимая мною неоклассика – как «Каменный цветок». Приходится всякий раз мысленно и физически переключаться, быть постоянно занятым. Это тонизирует, не дает скучать. И каждый раз нужно вживаться в свою роль. Сделать это на автомате никогда не получается, требуется усилие – здесь главное начать. Зато потом, после максимальной самоотдачи на сцене, когда закрывается занавес, я сразу обычный человек: переключаюсь на свою жизнь и еду домой отдыхать.
Помните про товарища, который когда-то привел меня в танцевальный коллектив? Сам он ушел из танцев, теперь тренер по боксу в Казани. Время от времени мы встречаемся, понимаем, как по-разному сложились у нас судьбы. В моем случае от случайности к случайности, шаг за шагом все удалось.
Интервью: Семён Чирков
Редактор: Ольга Морозова
